Неизвестные истины

О чем мечты шуршат по подворотням,
О чем слова гудят по проводам,
О чем молчат шприцы и тихо помнят –
Не знает ни один универсам:

О снах детей в обоcсанных подвалах,
Объедки жрущих, нюхающих клей;
За десять грамм хуи сосущих мамах –
В шестнадцать лет законченных блядей;

Разбитый стеклах и гниющих ранах,
Где света даже Солнце не дает;
По пьяни недописанных романах
О тех, кто существуя, не живет.

Где умер Бог, воздвигнуты бордели –
И, если он воскреснет, то в бреду.
Его пророки мнутся на панели,
Достигнув рай, их ждет котел в аду.

О чем молчат по храмам откровенья
И не расскажет вам карьерный яд,
Утробным ревом с самого рождения
Глаза отбросов общества кричат:

О том, что души тоже умирают,
О том, что веры нет на небесах,
О том, что счастье люди покупают
Здесь на Земле в веселых порошках.

Их догмы жмутся в страхе по вокзалам,
Их псалмы пьяный бред и злая брань,
Их притчи без надежды и морали –
Реальности поношенная ткань,

Которую искусно шелкопряды,
Живущие в работой ярких днях
И повседневно офисных нарядах,
Соткали равнодушьем своих рях.

Мольбы людей без права на спасенье…
Не к Богу вопли их обращены.
Тот, чьи грехи не знают искупления,
По жизни слеп, цветные видя сны.

И нам таким без трех минут счастливым
Тех истин не изведать никогда,
Ведь нам хотя бы в жизни раз любимым
Молиться стоит вряд ли и едва.

От завета до завета

От завета до завета,
От любви и до минета
Круговерть слепой поруки
В оргазмирующей скуке
Час за часом, год за годом,
Секс за сексом, дом за домом
Жизнь стопкадрами в размытии —
Либо ад, либо забытье…

Чай, веселые таблетки,
Счастье редко, чувства редки.
Между будущим минутки
На роман и проститутку,
Между прошлым с настоящим
Яд надежд и рай смердящий,
Между вечером и ночью
Лишь хмельные многоточья.

От греха до просветленья
Сантиметры наваждения,
И святые откровения
Лижут в сперме до забвения
То ли музы, то ли бляди
В обслюнявленной помаде.
Через нимб свою невинность —
Вам такое и не снилось!

Всю жизнь словно сквозь помехи
Насыщенье и утехи.
Ведь от ангела до шлюхи
Лишь шелка в объятиях пуха;
Шорох перьев над постелью,
Анаболики с пастелью
На палитре в страшной смеси
Вожделения и спеси.

Взгляд в окно с мольбой небрежной,
Поцелуй ничтожно нежный,
Звон вина в пустом бокале –
Чем мы были, тем мы стали…
От дождя до урагана,
Сны и бредни наркомана,
От любви и до надежды
Ничего, что было прежде.

Крылья

Как раздвигая крылья своим ангелам,
Вдыхая никотин
потерянных надежд,
В постельных поединках ищет счастье там
Оставшийся один
ребенок в тридцать лет.

Ломая крылья верным райским странникам,
Напившись до чертей
от неги бытия,
Он шепчет им пустые обещания
Про свет грядущих дней
и веру в ни хуя…

Пропитанные кровью, перья рваные
Порхают в тишине,
пространство щекоча…
Разгромы простыней стоят усталые,
Здесь будущего нет,
пока горит свеча.

Лодыжки херувимов поцелуями
Неясная печаль
Покроет, словно плед.
Где ангелы роняют слезы струями,
Там новой дверью в рай
Становится минет.

Лазейку в небо ищем с безысходности,
Для этого святых
И ловим сгоряча,
Что крылья раздвигают нам в покорности,
Как смертник жаждет дых
На плахе палача.

Стих-баловство на тему хипстеров

К черту лики Че Гевары,
К черту липовый Straight edge!
Я хуячу на гитаре
Охуительный new age.

Я весь хипстерный до жопы,
Только инди не люблю,
Я люблю лишь то, что модно.
Всем ваниль, всем «I love you!»

Мало что меня волнует,
Мало что меня ебет,
Пусть в стагнации буксует
Вся страна который год.

Мне вообще все до Обамы:
Мульти-культи и Ирак,
Ситуация в Афгане,
Да и в Ливии бардак.

Я смотрю один арт-хаус,
Я читаю много книг,
Презираю «Доктор Хаус»;
У меня стозначный ник.

Я настолько элитарен,
Что я прячу песни в сейф…
Я хуячу на гитаре
Trip-witch house-jazz-new rave…

Экспансия

Экономическая экспансия Китая
Меня не сильно то ебёт
Какая нам всем разница
Чей капитал и нация
Нас всех эксплуатирует и гнет?Программа по обогащению урана
В Иране тоже не ебёт.
Ведь нашего оружия
При всяком гадком случае –
Достаточно! Весь мир оно сотрет!

Нет поводов тревожиться –
Все как-нибудь устроится…
Давайте-ка помолимся!
Авось, мол, пронесет!

И беспредел меня бандитских группировок
Волнует так же, как Иран.
У нас ведь есть полиция –
С заботливыми лицами
Менты всех проверяют по домам!

Развал страны на межэтнических разладах,
Представьте, тоже не ебёт!
Пускай все черножопые
В аулы едут толпами!
Россия и без них ведь проживет!

Нет поводов тревожиться –
Все как-нибудь устроится…
Давайте-ка помолимся!
Авось, мол, пронесет!

И кулуарность политической системы
Мне нормой кажется вполне…
Чем меньше знает общество,
Тем лучше спится в общем-то
Всем людям в этом обществе и мне.

И говорят, свободы слова в Интернете
Все меньше с каждым новым днем,
Пока у нас есть торренты
И много водки с тоником –
Мы счастливы и правильно живем!

Нет поводов тревожиться –
Все как-нибудь устроится…
Давайте-ка помолимся!
Мы правильно живем!

Мир

Мир, затишье, перепутье,
Сон, надежда, снова день…
Жаль, что вместо вина ртути
Мне в потир налила тень.

Жаль, что я смотрю на небо,
А друзья – в ширинку мне;
Жаль, что ждать меня к обеду
Будут только смерть и нефть.

Жаль, вина осталось мало —
Уже утро, а все трезв…
Хлеб, селедка, водка, сало;
На виске танцует нерв –

Как все это задостало!
Ножик в сердце – время в спять!
Я хотел сказать: «Прощаю» —
Только вышло снова: «Блять!»..

Беспросветная истома…
Эта жизнь не для детей:
Не хватает неги дома –
Проститутка раз в семь дней.

Я тону в рутинной хляби,
Созидая свой бардак.
Лишь в постели с новой блядью
Я вития… Born to Fuck…

Ждет в такой жестокой сказке
Групповуха, а не бал,
Всех мечтающих о ласке,
И принцесс гнилой оскал.

Только пасти, только рыла,
Только скот один кругом…
А друзей как в ванне мыла:
Пена, пена… Мой дурдом:

Мои чувства, идеалы –
Как одежда в лоскуты…
Мой прелестный милый ангел
Потерял невинность в дым.

Все равно смотрю на небо…
Слезы, слезы… Снова спать.
Я скажу, cкажу: «прощаю!»
И с надеждой буду ждать…